yuri_loskutov: (Default)
* * *

Пушкина старшая дочь умерла в нищете, от голода,
Блок сгорел на пожаре отсутствия воли к жизни, -
Такова История наша, где физически перемолота
Великая роскошь, которая не подлежит дешевизне.

Перемолотое физически, однако, не истребимо
В нашей священной памяти, где океаны горя, -
Воля к жизни вернулась к Блоку – посмертно, бессмертно, мимо
Девушка шла, которая пела в церковном хоре.

Пушкина старшая дочь до сих пор на отца похожа,
Хотя умерла в нищете, от голода, в прошлом столетье, -
До сих пор её пушкинский лоб, пушкинский взгляд и кожа
Неистребимы!.. В рай попадают голодные дети.

Кто-то считает Россию пустыней цивилизации,
Но эту пустыню рвётся захватывать постоянно,
Кончая свои походы в исторической канализации!..
А в пустыне одно из растений пьёт молоко тумана, -

Такая добыча влаги – технология очень высокая,
В небе на синей бумаге пишутся лучшие строки,
Танцуют планеты, звёзды, млечные соки чмокая
На Млечном пути, танцуют Земля и времён потоки.

Пушкина старшая дочь до сих пор на отца похожа
В нашей священной памяти, где океаны горя,
Где воля к жизни вернулась к Блоку – бессмертно, как воля Божья,
И девушка шла, которая пела в церковном хоре.
yuri_loskutov: (Default)

ЮРИЙ СМИРНОВ

* * *
Монастырь. Бензоколонка.
Пропасть в триста тридцать лет
Кожурой асфальта тонкой
Скрыта, даже щелки нет.

У стены зубчатой липа,
Лист сорвался и кружит
Над землей, где грешник либо
Скромный праведник лежит.

Погуляли здесь поляки,
Мор случался и пожар.
А теперь стоят палатки,
Овощной шумит базар.

Поредевший сквер осенний
На просвет как решето.
В край тропических растений
Цирк уехал шапито.

Счистил старую афишу
Аккуратный старичок.
Знаю — больше не увижу
Ваш отчаянный прыжок.

Где-нибудь под небом южным
В городском чужом саду
Вам покажется ненужным
Быть все время на виду.

Заколеблются устои,
Полотняный дрогнет свод.
Вы прошепчете: «Пустое...
Отдохну, и всё пройдет».

Но привидится Вам снова,
Как однажды к Покрову
Лягут снежные покровы
На зеленую траву.

И мелькнет, как кинопленка:
Дом родительский... Пустырь...
Через мост — бензоколонка,
А напротив — монастырь...

Мне расскажет по порядку
Боря Бреев, мой дружок,
Как разбилась акробатка,
Совершая свой прыжок.

На опилках след багровый.
А последние слова:
«Лягут белые покровы
Не позднее Покрова».

--
1969

yuri_loskutov: (Default)

Падают, падают, падают Иксы

Я смотрю с тревогой на свои часы

Нету Интернета, молчит телефон

Это рухнул сервер у бренда «Мегафон»

 

Припев:

You wanna cry,

Because «Wanna cry».

All, what you'll try,

It will «wanna cry».

 

Падают, падают, падают Иксы

Если окна – плачь, если линь – не ссы.

Заржавел андроид, антивирус – лох

Ты раб или свободен, если комп твой сдох?

 

Припев

 

Выйдем по-советски на улицы опять –

Снова мы в оффлайне станем зажигать!

Но гулять не выйдет даже лучший друг,

Если у него дорогой Макбук …

Припев (дважды)


 

yuri_loskutov: (Default)
Советская цензура вызвала повторный расцвет русского символизма.

Вот я надену два крыла - и ближе Ты, и ближе Ты
Меня любовь (!) оторвала от суеты, от суеты (!!)
Наивно это и смешно, но так легко моим плечам!
К началу дня [т.е. на восток!] несёт меня мой дельтаплан, мой дельтаплан

Человек, стремящийся уподобиться ангелу - это инок ("ангельский чин"). Быть иноком - это действительно "наивно и смешно" в глазах обывателей. И на какую сторону света молятся православные? Они обращаются своими лицами к началу дня!
yuri_loskutov: (Default)
Земля, она же круглая такая ...
Я падаю и падаю с неё,
Разбитых ног своих не отрывая
От шарика ... Падение моё,
Подобное кривлянью шалопая ...

[Ну, дальше неинтересно].
yuri_loskutov: (Default)
И написали следующее (то ли в начале нулевых, то ли ещё в девяностых):

***
Огни горят на светофоре,
Но мы мечтаем о свободе

***
На стене висит портрет.
Чей же это облик нежный?
Может, это человек,
Но всего скорее - снежный.

***
При свете свечи
Свою жизнь волочи

***
Работа на компьютере
Опасна и трудна,
Но все мы вместе учимся
Складывать слова

Эти вирши были найдены при разборе моего архива. Там ещё есть кое-что интересное. Не переключайтесь!
yuri_loskutov: (Default)
Нашла наконец нам NASA
Инопланетную жизнь
А где-то в степях Донбасса
Такая жизнь что держись
На чумазых морлоков
Эльфийская детвора
Натравила утопленников -
Выродков из Днепра
Эльфам драться не свойственно
Им нравится пить нектар
Пусть эти морлоки-русские
Ведут друг с другом базар
Кровавый фарш с расколбасом
Клинка и пули пора
Русские Донбасса
Против русских Днепра
Наверно не зря некий город
Взял себе имя реки
Русский город в котором
Теперь все утопленники
Они на живых нападают
В живых они видят врага
Они костьми прорастают
В днепровские берега
Растут эти страшные кости
Стонут вокруг мертвяки
Жизнь в краине-погосте
Словно на дне реки
С рыбьими там глазами
Все их правители
Булькают: Нэньку-маму
Москаляки обидели!
Топите живых топите!
Днипро наш по над усе
Тот кто не дышит жабрами
Пойдет на откорм карасей
Это новая раса
Это ее пора!
Русские Донбасса.
Утопленники Днепра.
yuri_loskutov: (Default)
И вот непривычная, но уже нескончаемая вереница подневольного люда того и другого пола омрачает этот прекраснейший город скифскими чертами лица и беспорядочным разбродом, словно мутный поток — чистейшую реку; не будь они своим покупателям милее, чем мне, не радуй они их глаз больше, чем мой, не теснилось бы бесславное племя по здешним узким переулкам, не печалило бы неприятными встречами приезжих, привыкших к лучшим картинам, но в глубине своей Скифии вместе с худою и бледною Нуждой среди каменистого поля, где ее (Нужду) поместил Назон, зубами и ногтями рвало бы скудные растения. Впрочем, об этом довольно.
Петрарка. Из письма Гвидо Сетте, архиепископу Генуи.
1367, Венеция

Так писал он за несколько лет
До священной грозы Куликова.
Как бы он поступил — не секрет,
Будь дана ему власть, а не слово.

Так писал он заветным стилом,
Так глядел он на нашего брата.
Поросли б эти встречи быльем,
Что его омрачили когда-то.

Как-никак шесть веков пронеслось
Над небесным и каменным сводом.
Но в душе гуманиста возрос
Смутный страх перед скифским разбродом.

Как магнит потянул горизонт,
Где чужие горят Палестины,
Он попал на Воронежский фронт
И бежал за дворы и овины.

В сорок третьем на лютом ветру
Итальянцы шатались как тени,
Обдирая ногтями кору
Из-под снега со скудных растений.

Он бродил по тылам, словно дух,
И жевал прошлогодние листья.
Он выпрашивал хлеб у старух —
Он узнал эти скифские лица.

И никто от порога не гнал,
Хлеб и кров разделяя с поэтом.
Слишком поздно других он узнал.
Но узнал. И довольно об этом.

1986
yuri_loskutov: (Default)


***
Ключи от Рая — у меня в кармане.
А двери нет — весь дом пошёл на слом.

Там наши тени в утреннем тумане
Пьют кофе за невидимым столом,
От общего ломая каравая.
Пузатый чайник фыркает, как конь,
И бабушка, по-прежнему живая,
Сметает крошки хлебные в ладонь.

Присохла к сердцу времени короста.
Но проскользну, минуя все посты, —
Туда, где всё незыблемо и просто,
Где нету страхов, кроме темноты.

Где пахнет в кухне мамиными щами,
Где все печали — мимолётный вздор,
Где населён нелепыми вещами
Таинственный, как джунгли, коридор.

Там детские прощаются огрехи,
А радость не приходит на бровях.
Там сахарные звонкие орехи
На ёлочных качаются ветвях.

Там сказки, словно птицы, к изголовью
Слетаются — любую выбирай!
Там дышит всё покоем и любовью —
Он так уютен, мой карманный рай!

И далеки жестокие годины,
Где будет он, как яблоко, разъят…

Земную жизнь пройдя до середины,
Я постоял — и повернул назад.
yuri_loskutov: (Default)
Вокзальчик поселковый за Окой,
Жарища, рельсы, шпалы и платформа.
А я стою и думаю с тоской,
Что где-то чуть южней - точь в точь такой,
Что там снаряд упал - и это норма.

Снуют электровозы день деньской,
И здесь, и в ближнем параллельном мире,
Где дважды два сегодня не четыре,
Где люди даже не мишени в тире,
А пешки над пустеющей доской,

И Гулливер небрежною рукой
Играет там в чапаевские шашки.
Героям - слава, им уныл покой,
Им слово "мир" рифмуется с тоской.
Горите, мрите, пешки и букашки!

Глаза зажмурю и встряхну башкой,
Чтоб уплыла нездешняя картинка:
Вот дед упал с оторванной рукой,
Вот пол-бабульки с треснувшей клюкой,
Хрипит в крови девчонка-буратинка...

Вокзальчик поселковый за Окой,
Такой уютный, тихонький такой,
Пригрелся бомжик, ивушка кудрява.

Я вырву гланды этой вот рукой
Тому, кто крикнет здесь: "Героям слава!"

2014
yuri_loskutov: (Default)
Просто вбейте в поисковик невинную фразу "между прочим, все мы" - и посмотрите на результат.
yuri_loskutov: (Default)
Предуведомление. Мини-сериал "Похабное и великие" члены "Сути времени" и прочие моралисты могут не читать.

"Старик Державин нас заметил и, в гроб сходя, благословил".
Я, как представлю Гаврилу Романыча с приспущенными штанами над гробом, так чë-то ржу ...

137

Dec. 21st, 2016 12:03 pm
yuri_loskutov: (Default)
Александр Вертинский

***
Чуть седой, как серебряный тополь.
Он стоит, принимая парад,
Сколько стоил ему Севастополь,
Сколько стоил ему Сталинград!

И в слепые морозные ночи,
Когда фронт заметала пурга,
Эти ясные, яркие очи
До конца разглядели врага.

Эти черные, тяжкие годы
Вся надежда была на него.
Из какой сверхмогучей породы
Создавала природа его?

Побеждая в военной науке,
Вражьей кровью окрасив снега,
Он в народа могучие руки
Обнаглевшего принял врага.

И когда подходили вандалы
К нашей древней столице отцов,
Где нашел он таких генералов
И таких легендарных бойцов?

Он взрастил их. Над их воспитаньем
Много думал он ночи и дни.
О, к каким грозовым испытаньям
Подготовлены были они!

И в боях за Отчизну суровых
Шли бесстрашно на смерть за него,
За его справедливое слово,
За великую правду его.

Как высоко вознес он державу,
Вождь советских народов-друзей,
И какую всемирную славу
Создал он для Отчизны своей!

... Тот же взгляд. Те же речи простые.
Так же скупы и мудры слова ...
Над военною картой России
Поседела его голова.

1945 г.
yuri_loskutov: (Default)
...
На окне цветы завяли
без полива и любви,
а хозяюшку печали
до могилы довели.

На окошке занавески
не постираны висят.
Нет ни сына, ни невестки.
Тополя в окно глядят.

За окном трава, калитка
на бок клонится слегка.
Паутины ткется нитка,
будто весть издалека.

Весть из вечности далекой,
где мы не были с тобой.
Но стоит вот он, глубокий,
в сердце таинства покой.

Поросла тропа бурьяном,
и ограда зацвела
и репьем и валерьяной
за окраину села.

Тесно взгляду, словно в клетке,
и ни как нельзя уйти.
Я пришел сказать соседке
на прощание - «прости».

Не могу судить я строго,
и вообще не мне судить,
что прошла судьба без Бога
и истерлась жизни нить.

Как отломленную ветку,
мне любую жизнь жаль,
словно птицу на салфетке
и истершуюся шаль.

Так и лето укатилось
до подножия горы,
где кресты, и Божья милость,
и застывшие дворы.

Как мне жизнь свою измерить
У подножья горных трав.
Ты прости меня соседка,
если был я в чем не прав.
yuri_loskutov: (Default)
ВЕРЕЩАГИНО

Я родился на водоразделе
Там, где воды маленьких рек,
Начинаясь во льдах и метели,
Направляют к Любви свой бег

Я родился на дао великом
По нему поезда много лет
Шли в закат, на Москву, с грустным криком
И к Далекой земле в рассвет

Я родился на голом нерве,
Тонком нерве мощной страны
По нему и боль, и веселье
Сквозь сугробы проведены

Я родился, где русский гений,
Покоривший немало стран,
Подарил нам немного времени,
Погружаясь в свой океан

Я родился в холодной купели
Там, где ангелов светлая рать
Хорошо умирать в постели,
Только лучше не умирать

08.09.2016
yuri_loskutov: (Default)
Намедни уважаемый [livejournal.com profile] burckina_new высказался в том духе, что не следует думать, будто СССР умер, ибо в таком случае все мы - черви, живущие в трупе. Блестящая метафора!
Я же, напротив, в октябре прошлого года констатировал (в связи с реакцией граждан Республики Беларусь на проблему Донбасса), что советский проект умер окончательно. И да, я ощущаю себя червячком в трупике.
Далее - наглядная иллюстрация смерти СССР. Это уникальные съемки журналиста Дмитрия Стешина под шикарную песню Лукича в плохом исполнении "Гражданской обороны".


Мы идем в тишине по убитой весне
По разбитым домам, по седым головам
По зеленой земле, почерневшей траве
По упавшим телам, по великим делам
По разбитым очкам, комсомольским значкам
По кровавым словам, по голодным годам.
Мы идем в тишине по убитой весне
По распятым во сне и забытым совсем ...

P.S. И еще на ту же тему: запись, которая получила в моем блоге заголовок "На руинах СССР" - старообрядческий поселок Никишино (точнее, то, что от него осталось) глазами военкора "Борисыча".
yuri_loskutov: (Default)
Насколько футурист Баян бесцеремонен в поэзии, настолько я бесцеремонен в философии :-)
http://ruslit.traumlibrary.net/book/futuristy-poceluy/futuristy-poceluy.html



Вадим Баян

Собачество

Пролог

Иерихонская разинута труба!
От грома валится стена тысячелетий.
Нырнула коброю горбатая земля
В дыру грядущего в пороховом берете.

Терпенье прыгнуло из тесных берегов
И с цепи спущено рыкающее сердце.
По позвоночнику протянутых веков
Удавом поползет земное поколенье.

Железным хоботом упругого ума
Все перещупаны грядущие эпохи,
Чтоб в рупор вечности заржали все грома,
Чтоб перелопались вселенной перепонки!

1. Архипелаг веков

Сдыхал двадцатый век под каблуком труда,
От топота войны подпрыгивали горы.
Зубами хищными сцепились города
И забарахтались народовые своры.

Лбом в вечность саданул железный футуризм.
Мильярдами голов вздыбился Маяковский
Чумою ринулся чумазый катаклизм
На перегнившие драконовы подмостки.

Химерой вылезла из трещины ума
Тысячелапая зубастая коммуна,
Чтоб лапой раздавить гнилые терема
И с мира шелуху тысячелетий сдунуть.

Хлестнул до полюса серебряным хвостом
Взметнувшийся дракон из крови и металла,
Земля, обвитая спиральным колесом
Хрипела в золотых об'ятьях капитала.

От дыма и огня ослепли небеса.
Ревели в ужасе седых вулканов жерла.
У солнца вылезли кровавые глаза
Зарылись в полземли прокусанные горла.

Но вот косматая УЧЕНАЯ РУКА
В колодцы радия киркой пробила хляби,
Потопом ринулась энергии река –
И в хомуты труда запряжен мощный РАДИЙ.

И звезды плакали от боли и стыда
И солнце ринулось к созвездью Геркулеса,
Ушами длинными всплеснули города
И в землю вколото кровавое железо.

Не кулаком тупым разбиты цепи зла,
Зубилом разума разрублены браслеты.
В плюмажи радости одетая земля
Шагала по цветным коврам тысячелетий.

Под хрупким бисером утонченной любви
В века выбрасывал потомство инкубатор.
Под бурями духов уснули корабли
Возившие свои страданья за экватор.

Ударом радия усилен телескоп.
Раздеты донага красавицы-планеты
Растворен доверху вселенной гардероб
И перечитаны космические веды.

В карету времени запряженный Прогресс
В Страну-Истерику во весь опор несется.
Земля беременна гранатами чудес
И в блюдо вечности переливались солнце.

Мельчали микросы на лысинах земли,
Вползали в трещины моря и океаны,
Бледнело солнышко бескровное вдали,
Кидавшее свои бессильные арканы.

Заскрежетал мотор под тормазами льда
Спустилась белая зловещая порфира –
И кладбище людей приехало туда,
Куда Баянище тащил повозку мира.

2. В корсете льда

Рычит клыкастая косматая земля!..
Мильон двадцатый век!.. Сдыхающее солнце!..
Дыханье сдавлено корсетом хрусталя,
Во льдах экватора трещат земные кольца.

Издохшей Африки застыл червовый туз,
Зияют безднами ложбины океанов.
Прощально хлюпает на дне вулканий флюс
И гордо царствуют косматые титаны.

ПРИШЛО СОБАЧЕСТВО вспахать свои поля
На пепелище зла и микро-человеков!
Напрасно звездами оплакана земля,
Она еще жива под кандалами снега!

Гремит культурища хрустальных городов.
Морей проглоченных давно изрыты днища.
Стальные фабрики губами черных ртов
Из рыбьей залежи высасывают пищу;

С вершин материков откусывают льды,
Пьют хоботом машин огонь земного сердца.
Железною рукой невымерших владык
Огромной жизнищи ворочается жернов.

На блюдах дон морских гарниры городов
Из горнов радия выпрыгивают солнца.
Косматы города плюмажами садов
На зло небесному сдыхающему Кхонсу.

Зубами времени растерты облака,
Разорвано бельмо надземной атмосферы,
Давно облизаны глазами небеса,
Давно обнюханы раздетые планеты.

Оскалил зодиак мильярды новых звезд;
Бенгальским хохотом разинут рот вселенной;
Удельный вес убит вращением колес,
И в небо вырвался б тысячелетний пленный,

Когда бы воздуха не высохла река,
Когда бы солнышко не выплакало пламя!
И авиаторы, все в шерсти и клыках,
Тоскуют на земле бескрылыми орлами.

И вспомнила земля румяные века,
Когда была она стыдливою невестой
И, гордо распустив кудрями облака,
В кадрилях плавала под звездные оркестры.

Когда цвели на ней людиные пиры,
Где соус мировой горчил пикантной смертью,
И стлало солнышко горячие ковры –
И сердце с'ежилось под снеговою шерстью:

Хлыстами холода изрублены дотла
Аккумуляторы и радиокостюмы,
Щенками заползли седые города
В живот подземного зияющего трюма.

Под шкурою земли последние века!!!
Былого воздуха последние баллоны,
Что на земле сгребла ученая рука,
Чтоб доблестно продлить развернутые стоны!..

Волчек земли устал… и больше не кружил…
Секунда смертная растянута до века,
Слепое солнышко Владыка потушил.
Рычанье замерло под белой лапой снега.

В седых об'ятиях льдяного хрусталя,
Где перерублены для жизни все дороги,
Уснула старая красавица земля,
На ней текли века и догорали сроки.

Из бездны вылезал за шаром новый шар,
Случайно встретились подохшие планеты
Нечаянный удар – и ЗАПЫЛАЛ ПОЖАР,
В пространстве разлились туманности клареты.

Мильярдами веков опутаны миры,
Рождаются, живут и издыхают солнца,
В пространстве стелются кометные ковры
И рассыпаются планетные червонцы.

И снова завязи из мировой золы.
Рождаются ростки грядущих человечеств.
Живет вселенная, кипят ее котлы
И серпантинами разматывают вечность.
yuri_loskutov: (Default)
Шлю я, шлю я ей за пакетом пакет,
Только только нет мне ни слова в ответ.
Значит, значит надо иметь ей в виду -
Сам я за ответом приду.
Что б ни случилось, я к милой приду
В Вологду-гду-гду-гду, в Вологду-гду
Сам я за ответом приду.
yuri_loskutov: (Default)
http://ren.tv/blog/96689

Тут в мирное время, наверное, пить было сладко

Компот, самогон или чай - что кому по душе.

Разбитыми окнами смотрит Вторая Площадка

На восемь оставшихся бабок и трёх алкашей.

Посёлок Вторая Площадка, сирень, двухэтажки.

Когда-то кипела здесь жизнь и работа была.

Но тётка Гарпина по-прежнему грязь и бумажки

На улицах здесь подметает, такие дела.

Сидят на обломках печальные сепаратюги,

Есть свет здесь и газ, только крыша немного течет.

А этим, за линией фронта, война - буги-вуги,

"Усэ - Украина!" - а жизнь человечья не в счёт.

Мэр Игорь, чёрт неугомонный и в праздник, и в дело,

А бабки бухают все время, и как не бухать?

Там снайпер сидит, а вчера мина здесь пролетела.

И ждёт миномётчика где-то под Киевом мать.

АТО. "То не мы, то Россия войну развязала!"

- Ага. И она же всем вам наскакала Майдан

- Алина Кабаева пряники там раздавала,

И Ленинов к бесу она же разрушила вам.

Ах, дедушка Ленин! Ах, мудрый усатый Иосиф,

Кто ж знал, что Галиция станет кошмарить Донбасс?

Из праха восстав, Украина зажгла Новороссию.

Учитесь у Нэньки. Ребят, ополченцы, за вас!

Из искры рождается пламя. Оно будет страшным

Для всех, кто детей и бабулек расстреливал тут.

Не дайте пощады согражданам вашим вчерашним.

Галицию - в Польшу. А Новой России - салют!

yuri_loskutov: (Default)
Только что Анюта под впечатлением салюта и с моей небольшой помощью сочинила новый стих.

Летит лошадка в небеса
У нее есть колбаса
Только вот зачем она?
Не постна и не съестна ...

:-) :-) :-)

Profile

yuri_loskutov: (Default)
Юрий Лоскутов

July 2017

S M T W T F S
       1
2 3 45 678
9 10 111213 1415
1617 18 1920 2122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 21st, 2017 06:41 pm
Powered by Dreamwidth Studios